Обсуждение сериала Королева Сондок

Сериал Императрица Ки, Обсуждение
Обсуждение сериала Стрелок Чосона
Обсуждение сериала Хван Чжин И
Обсуждение сериала Королева Сондок

Модераторы: gesigor, Гульшах

Правила форума
Добро пожаловать!
Правила просты: не разжигать национальной ненависти, не заниматься пропагандой оружия, наркотиков, п_о_рнографии, религии.
Зарегистрированные пользователи, не оставляющие сообщений, удаляются форумом автоматически через пять дней. Спамеры удаляются немедленно!
Аватара пользователя
Sveta
Генерал-майор
Генерал-майор
Сообщения: 5652
Зарегистрирован: 18 окт 2012, 21:13
Дата рождения: 17.05.1973

Re: Обсуждение сериала Королева Сондок

Сообщение Sveta »

gesigor писал(а):Мне она нравилась в принципе в образе мальчишки-ученика хварана-принцессы.
А мне только до ученика хварана. А как платье надевает, что-то в ней сразу становится не то. :)
能否在日常的琐碎中发现美好,取决于你自己
Сможете ли вы найти прекрасное в повседневных мелочах, зависит от вас.


Цветок
Аватара пользователя
ludovinka
Генерал-майор
Генерал-майор
Сообщения: 3062
Зарегистрирован: 22 ноя 2012, 19:22
Откуда: Молдавия, Кишинев

Re: Обсуждение сериала Королева Сондок

Сообщение ludovinka »

gesigor писал(а):
ludovinka писал(а):Бишунму: Танцующие в облаках
А про что он?
Про любовь :) И про дружбу - и предательство друга. И про боевые искусства. В общем, мне очень даже понравился! И там играет (и прекрасно играет!) наш король Ван Ю из "Императрицы Ки". И всего 14 серий :) Мне даже пары серий не хватило ...
Аватара пользователя
gesigor
Генерал-майор
Генерал-майор
Сообщения: 5321
Зарегистрирован: 17 окт 2012, 19:35
Дата рождения: 29.07.1968
Откуда: Волгоград
Контактная информация:

Re: Обсуждение сериала Королева Сондок

Сообщение gesigor »

То бишь тоже исторический?
А кто писал, что есть типа продолжения королевы Сондок?
السلام عليكم
Ха Чжи Вон
Аватара пользователя
ludovinka
Генерал-майор
Генерал-майор
Сообщения: 3062
Зарегистрирован: 22 ноя 2012, 19:22
Откуда: Молдавия, Кишинев

Re: Обсуждение сериала Королева Сондок

Сообщение ludovinka »

gesigor писал(а):То бишь тоже исторический?
А кто писал, что есть типа продолжения королевы Сондок?
Это "Мечта великого короля" - про правление Чхунчху (короля Мюёля).

История о герое того времени (600 годы н.э.), о Короле Мюёле, более известном, как Ким Чун Чу. А также эта ещё одна драма, позволяющая глубже познакомиться с историей Южной Кореи. Что же такого сделал Чун Чу? Он, совместно с известной китайской династией Тан, уничтожил Пэкчже (одно из трёх государств), что привело за собой золотые и процветающие дни культуры страны.

Я посмотрела половину первой серии - мне жуть как не понравилось... Ничего общего с Королевой Сондок - и актеры не такие, и события как-то показывают не так, в общем, профанация... Так и писали в комментах - если не хотите портить впечатление от "Королевы" - лучше не смотреть. Но, может, потом еще раз попробую, не всегда с самого начала нравится, "Стрелка" же я в конце концов посмотрела даже с удовольствием, хотя и не с таким, как первые три дорамы :) Вот здесь можно посмотреть 18 серий из 80 (!) - познакомиться, а потом поискать где-нибудь еще, если захочется :)

http://lovedorama.ru/board/k_dorama/201 ... 1-1-0-1562
Аватара пользователя
gesigor
Генерал-майор
Генерал-майор
Сообщения: 5321
Зарегистрирован: 17 окт 2012, 19:35
Дата рождения: 29.07.1968
Откуда: Волгоград
Контактная информация:

Re: Обсуждение сериала Королева Сондок

Сообщение gesigor »

ludovinka писал(а):если не хотите портить впечатление от "Королевы" - лучше не смотреть.
Ну тогда поищем что-то другое :-)
السلام عليكم
Ха Чжи Вон
Аватара пользователя
ludovinka
Генерал-майор
Генерал-майор
Сообщения: 3062
Зарегистрирован: 22 ноя 2012, 19:22
Откуда: Молдавия, Кишинев

Re: Обсуждение сериала Королева Сондок

Сообщение ludovinka »

Андрей Ланьков

3.12 БЕДНЫЙ КОРОЛЬ


За время правления династии Ли, с 1392 по 1910 г., на корейском престоле побывало 27 королей. Дольше всего – 52 года – правил страной король Ёнчжо, вступивший на престол в 1724 году, а самое коротким было правление короля Инчжона, который в 1544 году находился на троне в течение всего лишь 8 месяцев. Кстати, Ёнчжо и прожил дольше всех остальных монархов – 82 года. Самым молодым королём был Хончжон, который был возведён на трон в возрасте 7 лет (за него поначалу правили регенты), а самым старым в момент вступления на престол был основатель династии – знаменитый генерал Ли Сон Ге, которому в 1392 году исполнилось 56 лет. Средняя продолжительность жизни в те времена была невелика даже у королей – у властителей династии Ли она составляла всего лишь 46 лет. Впрочем, по тогдашним меркам это было не так уж и мало: простолюдины в среднем не доживали и до 35…
Кроме 27 реально правивших страной королей, в династии Ли было и пять «почётных» королей, которые получили это звание… посмертно, за особые заслуги перед династией (все они тоже были членами правящего рода). В странах Дальнего Востока вообще существовала традиция посмертного назначения на всяческие почётные должности. На наш взгляд она кажется несколько странной, но чем она, по сути, отличается от привычной нам практики посмертного награждения?

По большому счёту, история корейской королевской семьи была довольно спокойной. За пять с лишним веков правления династии в стране произошло только два государственных переворота (причём в обоих случаях свергнутому королю сохранили жизнь), да пару раз властителей отправляли в лучший мир их рвущиеся к власти родственники. Бывали, конечно, и неудачные покушения, и провалившиеся мятежи, и подавленные крестьянские восстания, но в целом корейская история XIV-XX веков выглядит, на счастье живших в те времена корейцев, стабильно и довольно скучновато. В подавляющем большинстве стран в королевских дворцах лилось куда больше крови…

Это миролюбие особенно любопытно, если принять во внимание корейские законы о престолонаследии, которые, казалось бы, должны были провоцировать постоянные столкновения в окружении короля. В Корее не существовало жёстких законов относительно передачи власти, и король, как правило, назначал себе наследника еще при жизни, чаще всего – сразу после вступления на престол. Наследником при этом мог стать любой член правящего рода (разумеется, мужчина), а не только старший сын короля, причём правитель в любой момент мог изменить своё решение и остановить выбор на ком-то другом. Вообще говоря, выбор у короля был велик. Помимо жены, корейские монархи имели в своём распоряжении десяток-другой наложниц. Поэтому число королевских сыновей, братьев и племянников, из числа которых обычно назначались наследники престола, было значительным. У «среднестатистического» короля династии Ли было 9, 8 ребенка (не считая тех, кто умер во младенчестве). Рекорд принадлежит королю Тхэчжону (правил 1400-1418), у которого было 12 сыновей и 17 дочерей.

После того, как король назначал себе наследника, того начинали интенсивно готовить к будущей ответственной работе. Формально наследника тут же зачисляли слушателем в Сонгюнгван – Высшую конфуцианскую академию, в которой готовили будущих правительственных чиновников. Это был чисто символический акт, ведь в действительности наследник не посещал лекций в Академии, а занимался дома (то есть, во дворце). Для обучения наследника назначались пять воспитателей из числа высокопоставленных чиновников, которые славились знанием конфуцианского канона и успешно сдали государственные экзамены. Вся жизнь наследника проходила в чтении книг на древнекитайском языке, которые часто приходилось заучивать наизусть. Образованные корейцы могли по памяти дословно воспроизвести сотни и даже тысячи страниц классических текстов, и будущий король должен был общаться с ними на равных. Большинство книг, по которым занимался принц, составляли конфуцианские философские трактаты, но временами читал он и более прикладные работы по вопросам государственного управления. Стоит отметить, что военной подготовке наследника особого внимания не уделялось: в отличие от европейских дворян, корейская правящая элита всегда относилась к армии и военному делу с пренебрежением. Не в особой чести был и спорт.

Жизнь наследника была довольно монотонной, но и после того, как он всходил на престол, она не становилась интереснее – скорее, наоборот. Быт корейского короля определялся великим множеством традиций и предписаний. Конечно, то же самое можно сказать и о монархах всех иных стран, но правителям конфуцианских государств приходилось в этом отношении особенно тяжело.

«Рабочий день» корейского короля начинался ранним утром. Нежиться в постели Его Величеству не приходилось. Королю полагалось вставать до рассвета (то есть примерно в 4 утра летом, в 5 или 6 утра – зимой). Проснувшись, он должен был отправиться с приветствиями к старшим членам правящей династии, если таковые еще жили во дворце. Кто же мог быть старше короля? Как правило, вдовствующая королева, вдова его предшественника (далеко не всегда она была матерью правящего короля). Иногда во дворце жил и сам предшественник короля, ведь время от времени корейские правители добровольно уходили в отставку, еще при жизни передав дела своему преемнику. После ритуального приветствия, король направлялся на… занятия. Да, традиция требовала, чтобы и после вступления на престол король неустанно повышал свой морально-политический уровень, изучая труды основоположников конфуцианства и многочисленные комментарии к ним. Занятия с королём проводили специально отобранные знатоки конфуцианского канона. Продолжалась эта процедура часа полтора, и только после этого король мог отправиться завтракать.

После завтрака короля ждала аудиенция. Четыре раза в месяц ему полагалось давать «большую аудиенцию», в которой участвовали все высшие и средние столичные чиновники, и которая представляла из себя многолюдное, торжественное, но формальное мероприятие. В остальные дни на утреннюю аудиенцию приглашались только руководители министерств и ведомств, а также высшие чиновники и генералы, с которыми и обсуждались реальные вопросы текущей политики. В обязательном порядке на утренней аудиенции – своего рода «планёрке» – присутствовали главы министерств, которых в старой Корее было шесть: ритуала, юстиции, финансов, администрации, военное, общественных работ.

После аудиенции король отправлялся работать с бумагами, а также принимал представителей различных центральных ведомств. Совещания кончались к полудню, и король отправлялся обедать, а потом – опять на занятия. После дневных занятий король продолжал работать с бумагами, но теперь – с поступившими из провинций, а также встречался с провинциальными чиновниками и военными, которые вызывались в Сеул для доклада о положении дел на местах.

К тому времени уже приближался вечер, и король лично проверял список заступающих на службу солдат и офицеров охраны дворца, обходил посты и утверждал действующие в ночное время пароли. Хотя на протяжении правления династии Ли ситуация в Корее была обычно очень спокойной, но, как говорится, «бережённого бог бережёт», так что пренебрегать своей безопасностью и безопасностью династии королю никак не следовало! На проверку охраны уходило часа полтора-два, и заканчивалась она к заходу солнца. На закате король ужинал, а потом отправлялся на занятия – третьи за день, где опять читал и перечитывал всё те же с детства знакомые древнекитайские тексты. И только после этого у короля наступало «свободное время» – два-три часа перед сном.

Распорядок дня, скорее, напоминает существование солдата первого года службы, а не размерённую жизнь абсолютного монарха, полновластного владыки страны. И, тем не менее, именно так жило большинство корейских королей. Болезнь короля мгновенно нарушала весь ритм работы государственного механизма, ведь решения по всем мало-мальски важным вопросам должны были приниматься или хотя бы утверждаться Его Величеством. Если по болезни король не мог работать хотя бы несколько дней, в канцелярии накапливались груды бумаг, по которым никто не мог принять решения в отсутствие правителя, и тому приходилось, выздоровев, работать с удвоенной энергией. Если болезнь короля оказывалась серьёзной и затягивалась, он передавал свои обязанности заместителю (обычно им был наследник престола).

Конечно, время от времени эта рутина нарушалась теми или иными событиями – в основном религиозными обрядами. По конфуцианским представлениям, король отвечал перед Небом за процветание страны и народа, и должен был лично совершать важнейшие жертвоприношения. Подходили к таким обрядам со всей серьёзностью, ведь считалось, что от правильности исполнения королём всех ритуальных предписаний зависит благосклонность потусторонних сил и, значит, благополучие Кореи.

Впрочем, могли короли и повеселиться -- изредка. Временами во дворце устраивались банкеты для придворных, на которых гостей развлекали певицы и танцовщицы. Однако, особо увлекаться всем этим не рекомендовалось: репутация короля, который слишком уж предавался увеселениям, неизбежно страдала, и всегда находились чиновники, которые говорили монарху об этом прямо. Король в Корее не был хозяином страны – скорее, его можно было назвать Первым Чиновником, который своим поведением должен был показывать пример всем прочим чиновникам и простолюдинам.

Иногда король покидал свой дворец и столицу и отправлялся в поездку по стране. Корейские короли, вообще говоря, путешествовали очень мало, а за границей вообще не бывали никогда. Первые правители династии Ли, люди военные, любили поохотиться в горах, но их штатские преемники со временем отказались от этой забавы, которую сочли неподобающей своему высокому сану. Зато довольно часто выезжали короли полечиться на целебных горячих источниках, которых в Корее имеется немало. Некоторые короли даже специально преувеличивали свои болезни, слегка симулировали, чтобы таким образом получить предлог для частых поездок на источники: это давало им возможность немного отдохнуть от монотонной жизни во дворце. Во время этих поездок королю едва ли удавалось побыть наедине, ведь его сопровождала многочисленная (до 5 тысяч человек!) свита.

И, тем не менее, при всей ответственности, неудобствах и проблемах, власть манила к себе, и добровольно расставались с нею очень редко (хотя такие случаи и бывали). Впрочем, относится это не только к Корее.
Аватара пользователя
gesigor
Генерал-майор
Генерал-майор
Сообщения: 5321
Зарегистрирован: 17 окт 2012, 19:35
Дата рождения: 29.07.1968
Откуда: Волгоград
Контактная информация:

Re: Обсуждение сериала Королева Сондок

Сообщение gesigor »

Теперь вопрос: Что еще надо добавить в дорамы? Есть еще дорамы уровня императрицы Ки или королевы Сондока?
السلام عليكم
Ха Чжи Вон
Аватара пользователя
ludovinka
Генерал-майор
Генерал-майор
Сообщения: 3062
Зарегистрирован: 22 ноя 2012, 19:22
Откуда: Молдавия, Кишинев

Re: Обсуждение сериала Королева Сондок

Сообщение ludovinka »

Андрей Ланьков

3.11 ПОЧЕМУ “КОРЕЯ” НАЗЫВАЕТСЯ ”КОРЕЕЙ”?


Названий у Кореи – много. При том, что почти во всех языках мира эта страна именуется примерно одинаково – «Корея», «Кориа», «Кореа» и т.п., такое единство проявляют только иностранцы. Сами же корейцы и, заодно, их ближайшие соседи на протяжении веков пользовались самыми разными названиями своей страны.

Даже сейчас названия у Северной и Южной Кореи – неодинаковые. Я имею в виду вовсе не официальные названия этих государств, по-разному звучит сам термин «Корея», который, разумеется, входит и в название Севера, и в название Юга. В Германии и Восточная и Западная Германии включали в своё официальное наименование слово Deutchland. В Корее дела обстоят иначе: Северная Корея именуется «Чосон» (официально – Демократическая Народная Республика Чосон, на русский по традиции переводится как «Корейская Народно-Демократическая Республика»), а Южная – «Хангук» (официально – Республика Хангук, русский перевод – «Республика Корея»). Действительно, эти названия даже на слух ничего общего друг с другом не имеют. Как же так получилось?
Истоки этой ситуации лежат в делах давно минувших дней. Когда-то, примерно три тысячи лет назад, жили у северо-восточных границ Китая некие племена, далёкие предки современных корейцев. Читать-писать они, конечно, не умели, ведь в те времена этим искусством владели немногие жители немногих стран, но как-то они себя называли. С течением времени племена эти стали объединяться в союзы и постепенно там возникло княжество, по уровню своему более или менее напоминающее Киевскую Русь веке в IX, перед приходом Рюриковичей. Произошло это примерно два с половиной тысячелетия назад (правда, многие националистически настроенные корейские историки утверждают, что случилось это гораздо раньше, но никаких серьёзных доказательств они не приводят, так что мы лучше будем придерживаться фактов).

Около V века до н.э. узнали об этом княжестве и китайцы. Узнали – и записали его название теми китайскими иероглифами, которые звучали более или менее похоже на это название. Выбраны для этого были два иероглифа, которые в современном китайском языке, в его северном (пекинском) диалекте, произносятся как «чао» и «сянь», В современном корейском, соответственно, эти же иероглифы читаются как «чо» (означает, среди всего прочего, «утро») и «сон» (у него тоже несколько значений, одно из них – «свежесть»). Так и получилось – «Страна утренней свежести», поэтическое название Кореи, о котором знает, наверное, любой человек, хотя бы раз в ней побывавший. Звучит действительно совсем неплохо, но вот беда – это замечательно красивое словосочетание ни малейшего отношения к изначальному названию древних корейских племён не имеет. Дело в том, что китайские иероглифы, которыми (наряду со своей письменностью) пользуются также корейцы и японцы, передают не только звучание слова, но и его смысл, поэтому абсолютно любой иероглиф обязательно имеет хоть какое-то значение. Поскольку падежей (а, строго говоря, и частей речи) в древнекитайском нет, это означает, что любое произвольное сочетание иероглифов, в том числе и любую записанную китайскими иероглифами транскрипцию иностранного названия всегда можно «перевести», исходя из этих значений. Например, Москву китайцы именует «Мосыкэ», что означает что-то вроде «спокойного разрезания злаков», но понятно, что ни со злаками («кэ», другое, более распространённое, значение – «наука»), ни с разрезанием («сы»), ни со «спокойствием» («мо») китайское название российской столицы никак не связано. Просто-напросто в современном китайском языке эти иероглифы звучат похоже на название первопрестольной, вот их и использовали – по принципу ребуса. По тому же самому принципу ребуса и записали китайские писцы три тысячи лет назад некое неизвестное нам древнекорейское название двумя похожими по звучанию китайскими иероглифами.

Вдобавок, надо учесть, что произношение иероглифов не оставалось постоянным: с течением веков оно менялось, и весьма значительно. После того, как корейцы заимствовали китайские иероглифы, в корейском языке их произношение тоже стало эволюционировать, и в конце концов корейское произношение весьма отдалилось как от древнекитайского оригинала, так и от современного китайского чтения этих же иероглифов. Правда, современные методики позволяют приблизительно реконструировать древнекитайские произношения, так что путем сложных расчётов лингвисты установили, что три тысячи лет назад два иероглифа, о которых идёт речь, читались как «*trjaw» и «*senx» (запись фонетической транскрипцией, звездочка «*» означает, что слово реконструировано). Как видите – немного общего с их современными чтениями! Таким образом, неизвестное нам название, некогда записанное этими иероглифами, должно было звучать как-то отдалённо похоже на «Тряусенх». Тем не менее, сейчас уже практически невозможно понять, что же оно, собственно, значило.

О проблемах со «Страной утренней свежести» я рассказал так подробно потому, что все остальные названия Кореи, о которых пойдет речь дальше, возникли по примерно такой же схеме: некое (точно неизвестное) самоназвание какого-то древнекорейского племени ==> его приблизительная транскрипция теми китайскими иероглифами, которые тогда произносились более или менее похоже на это название ==> эволюция произношения этих иероглифов (в корейском, в китайском, в японском – своя).

Итак, вернёмся к нашему рассказу. Древнекорейское государство Чосон (в действительности, как мы помним, его название звучало скорее как «Тряусенх») было захвачено китайцами в конце II в. до н.э., однако память о нём осталась в Корее надолго. Примерно в то же самое время на территории Корейского полуострова и в прилежащей к нему части Маньчжурии жили другие древнекорейские племена (впрочем, среди них могли быть и представители иных народностей, впоследствии растворившиеся среди корейцев). Названия тех племен, что жили на севере, записывались иероглифами, которые в современном корейском произносятся как «Когурё», хотя в те времена они звучали иначе. Вскоре эти племена образовали мощное и воинственное княжество, которое заняло весь Север полуострова и прилегающую к нему территорию Маньчжурии. Тем временем на Юге полуострова жило множество других племен. На побережье Корейского пролива обитали племена Хан (опять-таки современное корейское чтение), на юго-востоке же быстро крепло княжество Силла.

Разумеется, все эти племена и княжества постоянно воевали друг с другом. В конце концов победа досталась Силла, которое в конце VII века и объединило Корейский полуостров под своей властью. Так возникло первое единое корейское государство, которое именовалось Силла. Что это значит? Вопрос сложный. Если «переводить» по иероглифам, то получится... «новая сеть». Думаю, что читателю теперь понятно: к «сетям» отношение это название имело ровно столько же, сколько Москва – к «спокойному разрезанию злаков». Этими иероглифами просто затранскрибировали какое-то древнекорейское (древнекорейское ли?) слово. Какое? Гипотез на сей счёт много, но ни одна из них не является общепризнанной.

Однако «не вечны времена монархий и царей»... В начале X века после короткого периода гражданских войн к власти в стране пришла новая династия. Её основатель Ван Гон происходил из тех земель, на которых когда-то процветало княжество Когурё. Он – сам боевой генерал – очень гордился своими родовыми связями с наиболее воинственным из всех древнекорейских княжеств, поэтому он и решил назвать свою династию «Корё». Слово это часто считается сокращённой формой Когурё, но в действительности это, кажется, даже не сокращение, а транскрипция того же самого слова, только в его более позднем произношении. Просто в неизвестном нам корейском оригинале, который китайскими иероглифами поначалу записывался как Когурё, где-то в VII-IX веках «выпала» (перестала произноситься) та согласная, которая передавалась иероглифом «ку».

В те времена в Восточной Азии страну часто именовали по названию правившей в ней династии, так что и сама Корея за границей с X века стала называться Корё. Именно в те времена слухи о существовании этой страны достигли Европы, поэтому все европейские названия Кореи звучат очень похоже на «Корё»

Однако время шло, и далёкие потомки Ван Гона тоже потеряли власть. Другой генерал, Ли Сон Ге, совершил переворот, и в 1392 г. основал новую династию. Название для неё он решил взять самое древнее – «Чосон» (в других странах её часто называли по фамилии правящего рода – «династия Ли»). Как Вы помните, эти иероглифы использовались для китайской записи названия самого первого из корейских государств, которое существовало двумя тысячелетиями раньше. Это название сохранилось до конца прошлого века. После того, как в 1910 г. Корея стала японской колонией, японцы продолжали называть её так (конечно, сами японцы читали эти же иероглифы по-своему – «Тёсэн»). После 1945 г. новое коммунистическое правительство, которые с помощью Советской Армии пришло к власти на Севере страны, решило не отказываться от ставшего привычным за пять с лишним веков названия, и сохранило его. Поэтому Северная Корея и называется «Чосон», ну а если использовать полное название – «Демократическая Народная Республика Чосон». Понятно, что на русский язык «Чосон» переводится как «Корея», а всё название – как «Корейская Народно-Демократическая Республика».

Ну а что же с Южной Кореей, с Республикой Корея? В конце XIX века в Корее была предпринята попытка сменить официальное название страны. Она стала называться «Империей Хан». Как вы, наверное, уже догадались, название это происходит от названия древнекорейских племен, которые жили на самом юге Корейского полуострова два тысячелетия назад. В 1910 г. колонизаторы вернули старое название «Чосон», однако многие руководители национально-освободительного движения этого переименования не признали и в пику японским правителям продолжали называть свою страну «Хангук», то есть – «Страна Хан». Когда в 1919 г. лидеры антиколониального движения создали корейское правительство в изгнании, они и его назвали: «Временное правительство Республики Хан». Со временем многие из руководителей этого правительства установили связи с США, и в 1945 г. при помощи американской военной администрации они оказались в Южной Корее. Именно эти люди и стали основателями нынешнего южнокорейского государства, которое также унаследовало это название – «Республика Хан». На русский язык и это слово, опять -таки, переводится как «Корея».
Аватара пользователя
ludovinka
Генерал-майор
Генерал-майор
Сообщения: 3062
Зарегистрирован: 22 ноя 2012, 19:22
Откуда: Молдавия, Кишинев

Re: Обсуждение сериала Королева Сондок

Сообщение ludovinka »

Андрей Ланьков

3.5 КОРОЛЬ И ЕГО ЖЕНЩИНЫ...


Гарем... С давних времён слово это поражает воображение наших соотечественников, которых христианская церковь вот уже тысячу лет упорно (и не всегда успешно) воспитывает в духе единобрачия. Однако за пределами христианского мира гаремы существовали повсюду, и Корея не была исключением. Надо, правда, оговориться: почти везде и почти всегда гарем был привилегией, доступной очень немногим. То, что теоретически мусульманин мог иметь семерых жен, вовсе не означало, что большинство мусульманских мужчин проводило свою жизнь в окружении семи луноликих красавиц. Нет, подавляющее большинство обходилось одной женой (и было зачастую вполне этим довольно), в то время как гаремы могли содержать только немногие сильные мира сего.

В Корее дела обстояли примерно так же. Вплоть до середины нашего века корейские законы разрешали мужчинам иметь наложниц, но на практике этим пользовались немногие, ведь большинству это было просто не по карману. Правда, в некоторых общественных слоях (например, среди богатых купцов) наличие симпатичной молоденькой наложницы в задних покоях особняка было столь же обязательным, как наличие «Мерседеса-500» в гараже любого русского банкира. Как и «Мерседесы» в наши дни, наложницы были тогда предметом роскоши, пусть и несколько своеобразным. Правда, сколько бы наложниц у корейца не было (редко даже самый богатый человек мог содержать больше 2-3), жена у него была всё равно только одна, и только она пользовалась соответствующими юридическим правами.
Не удивительно, что наибольшее количество наложниц имел король. Однако и у корейского короля была только одна жена. Между женой и наложницами лежала пропасть, практически непроходимая. Конечно, король мог, если уж ему очень этого хотелось, развестись с женой, и официально провозгласить своей новой женой бывшую наложницу. Такие ситуации в корейской истории действительно возникали – например, так поступил король Сукчжон в конце XVII века – однако случалось такое очень редко. Во-первых, королева обычно происходила из влиятельного аристократического рода, и её многочисленные родственники вполне могли за неё постоять. Например, тому же Сукчжону его развод (который в итоге пришлось аннулировать) доставил немало политических проблем самого серьёзного свойства. Наложницы же, как правило, были если и не простолюдинками, то уж, по крайней мере, женщинами из довольно захудалых дворянских родов, за их спинами не было влиятельных и богатых семей, так что соперничать с королевой на равных они не могли. Во-вторых, такой поступок, как развод с женой, считался не совсем достойным короля. Поэтому, как бы король не относился к королеве, она обычно оставалась его женой, хозяйкой его дома (точнее, дворца), и официальной соправительницей страны.

Впрочем, сказать, что корейская королева была соправительницей – некоторое преувеличение. Она, правда, участвовала во многих официальных или, как бы мы сейчас сказали, «протокольных» мероприятиях, но в целом женщинам в старой Корее в политику открыто вмешиваться не полагалось. Несмотря на это, не для кого не было секретом, что порою королевы обладали огромной реальной властью. В конце XIX века, например, именно королева Мин, жена последнего корейского короля Кочжона, во многом определяла и внутреннюю, и внешнюю политику страны. Кстати сказать, во внешней политике королева находилась на прорусских позициях, что и стало одной из причин её гибели – её в конце концов убили японские агенты. Однако формально, повторяю, жёны корейских королей должны были вести себя как тихие затворницы.

Кстати сказать, знаменитая фраза о том, что «жениться по любви не может ни один, ни один король!» вполне относится и к корейским владыкам. Жену королю подбирали родители или, если король вступил на престол малолетним, регентский совет, и исходили они при этом вовсе не из личных симпатий короля, а из сложных политических расчётов. Если жена королю не нравилась – в его распоряжении были наложницы, которых он выбирал сам, однако оказывать формальное почтение жене он всё равно был обязан.

Итак, наложницы. Часто спрашивают, сколько их было? Никаких ограничений на их число не существовало. Обычно официально признанных наложниц было около 10-15, но в распоряжении короля были также и «кунънё», то есть, в буквальном переводе, «женщины дворца». «Кунънё» являлись дворцовыми служанками. Они мыли, убирали, стирали, готовили, делали тысячи иных дел, без которых жизнь в огромном дворцовом комплексе была бы невозможной. Однако «кунънё» не были просто служанками. При «поступлении на работу», они должны были быть девственницами, и рассматривались как потенциальные наложницы короля. Король, если он только захотел, мог провести ночь с любой приглянувшейся ему служанкой, хотя в действительности в королевской постели смогли побывать лишь очень немногие из них. Любая любовная связь с иным мужчиной для «кунънё» считалась тяжким уголовным преступлением, она приравнивалась к измене супругу, то есть самому королю (даже в том случае, если король и в глаза ни разу не видел виновницу). Набирали «кунънё» раз в десять лет, при этом и они, и их родители должны были обладать хорошим здоровьем, а также не иметь среди своих предков тех, кто когда-либо осуждался за серьёзные уголовные или политические преступления. Обычно на службу во дворец отбирали совсем маленьких девочек, которым было только 5-6 лет, хотя бывали и исключения. Первые 15 лет жизни во дворце считались временем ученичества, а потом девушки официально получали звание «дворцовой прислужницы». Любопытно, что проводившаяся по этому случаю церемония была копией свадебного ритуала. Единственное отличие заключалось в том, что на этой «свадьбе»... отсутствовал жених. Дело в том, что женихом (так сказать, «виртуальным женихом») был сам король, и прошедшие церемонию женщины считались его потенциальными наложницами. Даже в том случае, если «кунънё» с годами покидала дворцовую службу и возвращалась в «большой мир», вступать в брак она больше не могла, ведь до конца жизни она всё равно формально оставалась как бы «резервной наложницей» Его Величества.

Однако мечтой большинства «женщин дворца» было стать настоящей наложницей, которую называли «хозяйка задних покоев». Для этого, во-первых, «кунънё» должна была провести с королём ночь (кстати, называлось это официально «подняться до королевской милости»). «Подняться до королевской милости» удавалось немногим, ведь для большинства прислужниц жизнь так и проходила на кухнях и в прачечных, в вышивальных мастерских и в кладовых дворца, то есть там, куда Его Величество, понятное дело, не заглядывал, где шансы попасться королю на глаза и как-то привлечь к себе его внимание были практически нулевыми. Однако даже сама ночь или две, проведённые в королевской постели, значили не очень много. Как правило, для того, чтобы стать официально признанной наложницей, женщина должна была родить королю ребенка. Поэтому из примерно 300-400 находившихся во дворце «кунънё» полноправными королевскими наложницами обычно становились всего лишь 10-15 женщин. Большинству же «дворцовых служанок» оставалось надеяться на то, что со временем они смогут сделать карьеру и дослужиться, скажем, до «старшей служанки», своего рода фрейлины. «Старшие служанки» или непосредственно прислуживали королеве и наложницам, или же были начальницами всяческих дворцовых хозяйственных учреждений (кухни, прачечные, гардеробные и т.д.). И тем не менее, большинство «кунънё» мечтало о том, что, может быть, и им улыбнется счастье, что и они тоже когда-нибудь станут матерями королевских сыновей.

Вообще говоря, с политической точки зрения главная задача наложниц заключалась вовсе не в том, чтобы время от времени разделять с королём ложе и радовать его своими прелестями. Им была поручена куда более важная миссия: обеспечивать стабильность династии, производя на свет сыновей – потенциальных наследников престола. По корейским законам, король заранее назначал официального наследника, причём часто делал это почти сразу же после вступления на престол. Наследником мог быть любой из его – обычно многочисленных – сыновей. В отличие от России и Европы, наследником вовсе не обязательно становился старший сын. По подсчётам историков, только четверть корейских королей династии Ли была старшими сыновьями своих предшественников. Традиция, правда, требовала отдавать предпочтение сыновьям от жены (если, конечно, таковые были), а не от наложниц, но правило это часто нарушалось. В исключительных случаях, если король был бездетным, то наследником престола он мог назначить своего брата, или племянника, или иного близкого родственника. Однако подобные шаги были чреваты смутой, их следовало избегать, так что для обеспечения устойчивости династии было необходимо, чтобы король имел как можно больше сыновей. Официально утверждённый наследник ведь всегда мог умереть (детская смертность в те времена была очень высокой), и потенциальная замена ему была жизненно необходима. Именно этим и объясняется наличие многочисленных наложниц, задача которых была проста – рожать резервных наследников (чем больше – тем лучше).

Не удивительно, что корейские короли отличались многодетностью. Например, у Тхэчжона (правил 1400-1418) было 29 сыновей и дочерей, а у Сончжо (правил 1567-1608) – 25. И это при том, что дети, умершие во младенчестве (а таких в те времена было немало), просто не учитывались! Конечно, в этом отношении корейские короли не идут в сравнение со многими владыками мусульманского мира, некоторые из которых имели сотни детей, но ведь и наложниц у иного султана или хана тоже могло быть несколько сотен.

Гарем в его корейском варианте вообще во многом отличался от гарема ближневосточного, который лучше знаком нашим российским читателям. Главное отличие заключалось в том, что корейские королевские наложницы и официально, и по сути были куда менее бесправны, чем женщины султанских и ханских сералей. На Ближнем Востоке наложницы, как правило, были не более чем рабынями, которые находились под полным контролем надсмотрщиков-евнухов. В Корее роль гаремных евнухов была куда скромнее, а сами обитательницы гарема пользовались определёнными правами. Это и понятно: они были не пленницами и даже не крепостными, а происходили, как правило, из дворянских семей, пусть и захудалых, и сохраняли связи с миром за пределами дворца.
Кстати, теперь понятно, почему Юн Кан в "Стрелке Чосона" был в ужасе, когда Су Ин стала придворной дамой - теперь она не могла выйти замуж...
Аватара пользователя
gesigor
Генерал-майор
Генерал-майор
Сообщения: 5321
Зарегистрирован: 17 окт 2012, 19:35
Дата рождения: 29.07.1968
Откуда: Волгоград
Контактная информация:

Re: Обсуждение сериала Королева Сондок

Сообщение gesigor »

Мусульманин может иметь не более четырех жен. Семь - перебор.
السلام عليكم
Ха Чжи Вон
Ответить